Кирилл Серебренников рассказал о «панических атаках» при виде финансовых бумаг

Главный фигурант дела «Седьмой студии» продолжил давать показания в суде. В ходе его допроса стало известно о серых зарплатах проекта «Платформа», при реализации которого, по версии обвинения, были украдены 133 млн рублей

Второй день на процессе по делу «Седьмой студии» о хищении 133 млн рублей оказался полон сюрпризов. Во время допроса главного фигуранта режиссера Кирилла Серебренникова стало ясно, что участникам проекта «Платформа» платили серые зарплаты, а отчетность была далека от реальности. Также оказалось, что представитель Минкультуры на следствии был адвокатом свидетелей обвинения.

Это дало повод защите ходатайствовать о его отводе.

На заседание Мещанского суда художественный руководитель «Гоголь-центра» надел, как всегда, черную футболку. Отличалась лишь надпись. Если раньше на спине было решительное «Жги», то сегодня философские слова пушкинского Фауста: «Все утопить». Заняв место за свидетельской трибуной, Серебренников продолжил свое выступление, начатое 7 ноября. Он отвечал на вопросы своего адвоката Дмитрия Харитонова.

Общая мысль его выступления сводилась к тому, что проект, правда, стоил тех денег, которые на него выделялись из бюджета. Сам же Серебренников не ведал финансами, а отвечал лишь за художественную часть. Режиссер рассказал, что за три года было реализовано порядка ста различных мероприятий. Для их проведения было задействовано огромное количество актеров, режиссеров, музыкантов, дизайнеров и технических работников из России и зарубежных стран: Франции, Израиля, Голландии и других. «Было приглашено огромное количество людей из западного мира», — рассказывал подсудимый.

В самом начале он перечислил имена более двух десятков актеров, которые работали на постоянной основе на проекте. Позже они перешли на работу в его театр «Гоголь-центр». «Их присутствие и зарплата нужна была, чтобы удержать этих артистов в проекте», — пояснил Серебренников. Он сказал, что мог «сформулировать пожелание», сколько платить артистам, но решение принимал генпродюсер. Зарплату же техническим специалистам определял технический директор.

Цифры и реальность

На вопрос о том, как юридически оформлялись отношения между приглашенными актерами и «Седьмой студией», Серебренников признался, что ему это неизвестно. «Но они совершенно точно работали на «Платформе», точно получали деньги. Как только была задержка зарплаты, я сразу узнавал. Потому что приходили люди и говорили, что хотят есть», — пояснил режиссер. По его данным, на постоянной основе в «Седьмой студии» трудились более 60 человек.

Но озвученные его защитником документы — штатные расписания работников «Седьмой студии» — содержали совершенно иные данные. Так, оказалось, что в разное время в АНО числились от пяти до девяти человек. Подсудимый утверждал, что цифры не соответствовали фактическим. «Этого уже точно совсем не может быть, потому что в конце «Платформы» там было огромное количество людей», — сказал Серебренников.

Тогда защитник попросил судью озвучить данные о зарплатах работников фирмы. На бумаге они составляли в разные годы от 15 до 70 тысяч рублей. В одном из документов говорилось, что гендиректор «Седьмой студии» Юрий Итин получает зарплату в 45 тысяч рублей, а оклад главного бухгалтера Нины Масляевой был 35 тысяч. «Вы говорили, что размер вашей зарплаты составлял порядка 100 тысяч рублей в месяц. А вот в этом расписании указано, что у вас 70 тысяч рублей», — попросил объяснить подсудимого разночтения защитник.

«Нет, я получал 100 тысяч рублей», — сказал режиссер. При этом он пояснил, что взял Юрия Итина на работу на аналогичную зарплату. Нереальным подсудимый назвал и оклад главбуха. «Мы же из материалов дела узнали, что она 150 получала — больше нас всех!» — напомнил Серебренников.

Один адвокат для свидетелей и потерпевшего

На вопрос защитника о том, участвовал ли он в заключении госконтрата на выделение денег на проект «Платформа» в 2011 году, Серебренников ответил отрицательно. «Я на самом деле не участвовал в подготовке документов и бумажек, потому что я в этом ничего не понимаю и панически их боюсь. Любые бумаги, которые мне приносят, вызывают у меня паническую атаку», — сказал режиссер.

Давать показания 8 ноября он так и не закончил. Этому помешало неожиданное ходатайство представшей вместе с ним перед судом бывшей чиновницы Минкультуры, а ныне директора Российского академического молодежного театра (РАМТ) Софьи Апфельбаум. Она сообщила, что вступивший сегодня в дело в качестве представителя потерпевшего — Минкультуры — адвокат Александр Лебедев ранее являлся адвокатом четырех свидетелей обвинения и участвовал в очных ставках с ней. На этом основании подсудимая и защитница другого фигуранта, Алексея Малобродского, Ксения Карпинская заявили ему отвод. «Это свидетельствует о сговоре свидетелей с Министерством культуры», — мотивировала она просьбу.

Судья Ирина Аккуратова объявила 20-минутный перерыв, который затянулся на два часа. По его окончании оказалось, что Лебедев представлял на следствии интересы целых 11 свидетелей из числа работников Минкультуры, в том числе заместителя министра Николая Малкова, который координирует и контролирует деятельность департамента экономики и финансов. Именно это подразделение, как утверждает Апфельбаум, и должно было поверять финансовые отчеты «Седьмой студии» о расходовании выделенных государством на проект средств.

Однако обвинение утверждает, что это должна была делать Апфельбаум, ранее возглавлявшая департамент государственной поддержки искусства и народного творчества. Сама подсудимая настаивает, что только осуществляла общее кураторство проекта и это не входило в ее полномочия. Но свидетели дали показания против нее. Впрочем, защита считает, что фигурантку оговорили. «Все эти люди — сотрудники министерства, включая департамент финансов. И все они управлялись, как теперь понятно, одним и тем же человеком, который одновременно представлял интересы потерпевшего, — заявила Business FM Ксения Карпинская. — То есть все они между собой заинтересованы. Они, видимо, боялись за свое должностное положение. Поэтому к их показаниям, которые легли в основу обвинения Апфельбаум, а косвенно и других подсудимых, стоит относиться критически».

Для того чтобы изучить показания свидетелей, судья взяла тайм-аут до 10 утра 9 ноября. Ожидается, что завтра она примет решение по ходатайству об отводе. Если оно будет удовлетворено, это не застопорит процесс: у Минкультуры в суде есть еще один представитель — Никита Светченков. Однако если Лебедева все же выведут из дела, это позволит защите поднять вопрос о признании недопустимыми доказательствами показаний с его участием.

На скамье подсудимых четверо: художественный руководитель «Гоголь-центра», режиссер Кирилл Серебренников, директор Российского академического молодежного театра (РАМТ) и бывшая чиновница Минкульта Софья Апфельбаум, бывший гендиректор АНО «Седьмая студия» Юрий Итин и экс-генпродюсер этой фирмы Алексей Малобродский. Фигурантам вменяется хищение путем мошенничества (ч. 4 ст. 159 УК РФ) 133 млн рублей из 214 млн рублей, выделенных в 2011-2014 годах АНО «Седьмая студия» на развитие и популяризацию современного искусства России в рамках проекта «Платформа». Согласно обвинению, это делалось путем предоставления в Минкультуры недостоверных данных о стоимости и качестве проводимых работ и мероприятий. Фигуранты вину не признали. Он имени министерства к ним предъявлен иск на 133,3 млн рублей.

 

Гражданина США отправили в СИЗО вместе с бывшей помощницей Дворковича

Оба проходят по делу о получении взятки в 4 млн рублей. Свою вину фигуранты отрицают. Выходец из России Джин Мирон Спектор связывает уголовное преследование с переделом на фармацевтическом рынке

Басманный суд Москвы 20 февраля вечером санкционировал арест гражданина США Джина Мирона Спектора, а также помощницы бывшего вице-премьера Аркадия Дворковича Анастасии Алексеевой. Последней инкриминируют получение взятки на сумму не менее 4 млн рублей в виде оплаты поездок за рубеж за лоббирование интересов производителей медпрепаратов.

Американцу вменяют посредничество. Оба фигуранта вину отрицают.

Уголовное дело, фигурантами которого стали 48-летний выходец из России Джин Мирон Спектор, а также россияне Анастасия Алексеева, Максим Якушин и Вадим Белоножко, было возбуждено 2-м отделом по расследованию особо важных дел Следственного комитета России днем 19 февраля по ч. 4 ст. 290 УК РФ («получение взятки в особо крупном размере»), ч. 4 ст. 291 УК РФ («дача взятки в особо крупном размере») и ч. 4 ст. 291.1 УК РФ («посредничество во взяточничестве в особо крупном размере»).

По версии следствия, в 2016 году директор по корпоративным вопросам ООО «Проммед ДМ» Максим Якушин (с 2014-го по 2017 год он занимал должность генерального директора ООО «Проммед Рус») при посредничестве советника гендиректора АО «Р-фарм» Вадима Белоножко и американского бизнесмена Джина Мирона Спектора дал взятку Анастасии Алексеевой.

В то время она являлась помощницей Аркадия Дворковича, занимавшего пост зампредседателя правительства. Со счетов подконтрольных коммерческих фирм Якушин оплатил Алексеевой и членам ее семьи новогоднюю поездку в Таиланд, а также отдых на майские праздники в Доминикане. Каждое турне обошлось не менее чем в 2 млн рублей.

В обмен чиновница «оказала содействие в рассмотрении вопроса о внесении изменений в приказ Минздрава на уровне правительства». Речь идет о приказе № 183н от 2014 года, которым был утвержден перечень лекарственных средств для медицинского применения, подлежащих предметно-количественному учету.

В него было включено сильнодействующее вещество сибутрамин, входящее в лекарства для похудения «Редуксин» и «Редуксин Мет». Производителями последних выступали компании Якушина и Белоножко. Однако наличие в вышеназванных препаратах второго активного вещества — целлюлозы, не ограниченной в обороте, формально исключало их попадание в перечень, а также «обеспечивало им монопольное положение на рынке», говорится в материалах дела. Следствие полагает, что чиновница фактически пролоббировала интересы бизнесменов для того, чтобы их бизнес процветал.

Адвокат Спектора Михаил Ратнер рассказал Business FM, что его клиент — крупный бизнесмен, связанный с фармакологией, был задержан накануне в Санкт-Петербурге, где проживает вместе с женой и детьми. В тот же день, 19 февраля, следователи предъявили ему обвинение по ч. 4 ст. 291.1 УК РФ («посредничество во взяточничестве в особо крупном размере») и доставили под конвоем в Москву.

Свою вину Спектор не признал. По словам защитника, его клиент был «шокирован» и удивлен выдвинутым обвинением, поскольку пять лет не общался с Анастасией Алексеевой, с которой познакомил Якушина и Белоножко.

«Даже если предположить, что Cпектор был замешан во всей этой истории, то неясно, для чего ему нужно было посредничество в даче взятки. Никакой выгоды для себя он не получил, он не является бенефициаром предприятий Якушина и Белоножко», — отметил Ратнер.

Последние также были задержаны 19 февраля и допрошены в качестве подозреваемых. При этом Максим Якушин, который, по версии следствия, был организатором взятки, дал признательные показания, фактически написав явку с повинной. Он заявил, что мысль о взятке чиновнице не давала ему спокойно жить последние четыре года.

«В итоге я принял для себя решение, что готов раскаяться и сообщить об этих действиях правоохранительным органам, что я и сделал», — говорится в материалах дела. Бизнесмен сообщил, что его партнер Белоножко якобы не знал, что он проплатил отдых Алексеевой, и когда он сообщил ему об этом в конце 2019 года, тот был крайне недоволен.

Анастасия Алексеева до прихода в правительство была советником департамента социального развития и национальных приоритетов экспертного управления Кремля. После ухода от Аркадия Дворковича она работала в секретариате первого вице-премьера Антона Силуанова. Однако в ноябре 2018 года была уволена за слив служебной переписки прессе, писал РБК.

«Мой подзащитный не признает вину и считает дело политически мотивированным, связанным с переделом собственности на фармацевтическом рынке. А госпожа Алексеева, судя по всему, в этой истории стала разменной монетой», — сказал Business FM защитник Джина Мирона Спектора. Михаил Ратнер намерен обжаловать в Мосгорсуде решение Басманного суда, который по ходатайству следствия заключил его подзащитного под стражу до 19 апреля.

Анастасии Алексеевой, которой предъявили обвинение в получении взятки в особо крупном размере (ч. 4 ст. 290 УК РФ), была избрана аналогичная мера пресечения. При этом суд отклонил просьбу защиты о помещении женщины под домашний арест.

Что касается Максима Якушина и Вадима Белоножко, то пока не ясно, предъявили ли им обвинение. По закону это может быть сделано в течение 30 дней. С учетом их сотрудничества со следствием здесь могут быть разные варианты развития событий, включая прекращение уголовного преследования в связи с деятельным раскаянием и перевод в разряд свидетелей. Материалы об их аресте 20 февраля в суд не поступали. Однако следствие имеет право отпустить их и под подписку о невыезде.

 

Стрельба в Ханау: убийцей оказался невменяемый банковский служащий

Загружается...

Популярное в

))}
Loading...
наверх