Последние комментарии

  • Ильмира Залеева
    А, зарплаты касаются преподавателей школ и преподавателей вузов, а то в вузах не так плохо живут преподы, каждая сесс...«Учителя подведены уже к самому краю». Педагоги вышли на акцию протеста в Москве
  • Спас Всея Руси
    А Камазы денег-это сколько в триллионах?Исследование: из-за теневой занятости бюджет России теряет 3 трлн ежегодно
  • Alexander Demidov
    Так может не каждый. Успехи и неудачи «нормандского» саммита

Борис Мазо связал второе «дело реставраторов» с «давлением» на министра культуры

Фигурант дела о хищениях при строительстве фондохранилища Эрмитажа Борис Мазо попросил убежище в Австрии, так как считает свое дело заказным. «Это рычаг давления на министра культуры», — заявил в интервью Business FM его адвокат Владислав Мусияка

Бывший директор департамента управления имуществом и инвестиционной политики Минкультуры РФ Борис Мазо, проходящий по второму «делу реставраторов», попросил политического убежища в Австрии.

Его адвокат Владислав Мусияка рассказал о причинах, побудивших его это сделать, о его возможной судьбе, а также о недвижимости экс-чиновника, к которой возникли претензии в Испании.

Борис Мазо был осужден в октябре 2017 года Дорогомиловским судом вместе с замминистра культуры Григорием Пирумовым и еще шестью фигурантами громкого «дела реставраторов» за мошенничество в особо крупном размере (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Их дело было рассмотрено в особом порядке, так как они согласились с обвинением, согласно которому в 2012-2015 годах получили «откаты» при реставрации объектов культуры (монастырей, музеев и усадеб) на общую сумму в 164,2 млн рублей.

Осужденным назначили небольшие или условные сроки, а после оглашения приговора освободили из-под стражи. Однако вскоре возбудили второе «дело реставраторов», в которое также попали Григорий Пирумов и Борис Мазо. К тому времени последний уже покинул Россию. Им вменили хищение путем мошенничества (ч. 4 ст. 159 УК РФ). Сумма инкриминируемого хищения менялась трижды. Вначале речь шла о хищении 450 млн рублей, затем — 857 млн рублей. Теперь, как заявил Business FM адвокат Пирумова Федор Куприянов, фигурантам вменили мошенническое хищение (ч. 4 ст. 159 УК РФ) в 916 млн рублей, выделенных в виде аванса на строительство комплекса зданий фондохранилища Эрмитажа. Весной 2019 года фигурантам в зависимости от роли добавили обвинение в организации или участии в преступном сообществе (ст. 210 УК РФ), а под самый конец — отмывание преступных доходов (ст. 174.1 УК РФ).

В настоящее время расследование дела завершено. В октябре около десяти фигурантов приступили к ознакомлению с делом. Все они находятся под домашним арестом. Борис Мазо в рамках этого дела объявлен в международный розыск, а Генпрокуратура России требует его выдачи у Австрии.

Когда ваш подзащитный попросил политическое убежище и чем продиктовано это решение?
Владислав Мусияка: Он считает, что в России он так и будет преследоваться по политическим мотивам. Политическим мотивом он считает то, что его не слышат, его дело является заказным или, как он уверен, расследование в отношении него и его подельников — это рычаг [давления] на министра культуры [Владимира Мединского]. И в связи с этим он считает, что в деле есть политический подтекст. Об этом он заявил австрийским властям, написал заявление о предоставлении политического убежища, но пока оно не рассмотрено, оно в процессе рассмотрения.
Сколько времени может занять процедура?
Владислав Мусияка: Процедура может занять столько, сколько угодно, она не регламентируется временными рамками. Но уже первое слушание было, возможно, еще два-три слушания, и политическое убежище будет ему предоставлено или в этом будет отказано. Вопрос предоставления политического убежища никоим образом не связан с процессом экстрадиции. Это два разных процесса.
Может так получиться, что Мазо экстрадируют раньше, чем он получит политическое убежище?
Владислав Мусияка: Да. И решение об экстрадиции может быть вынесено раньше, чем он получит политическое убежище. Но тогда это решение будет обжаловано в вышестоящем суде. Поэтому говорить о конкретных датах и результатах не представляется возможным.
То есть это не означает, что его сразу вышлют в Россию?
Владислав Мусияка: Нет, есть десять суток на подачу заявления об обжаловании. Потом назначается апелляционный процесс в вышестоящем суде, и сколько он времени займет, неизвестно.
Испания также добивается экстрадиции Бориса Мазо. Она делегировала своих австрийских коллег допросить его по вопросу недвижимости. Это было примерно неделю назад. Чем закончился допрос в полиции, что решено?
Владислав Мусияка: В Испании была допрошена его семья — бывшая супруга и их общий сын — на предмет приобретения имущества в Испании. Но они толком ничего пояснить не смогли, и испанские власти их благополучно отпустили. Австрийским властям Мазо пояснил, что, да, он приобрел дом [в Испании] в 2015 году, за полгода до заключения контракта по строительству нового корпуса Эрмитажа. Соответственно, никакие деньги не то что теоретически не могли похищать, их еще не выделяли даже. А дом он покупал на заемные средства. Он представил в суд Австрии документы, что деньги были заемные. Судья посмотрел документы и решил, чтобы он находился на свободе под залогом в 25 тысяч евро. Вопрос виновности или невиновности по запросу испанских властей на судебном заседании в Вене не решался.
То есть вопрос выдачи Мазо в Испанию еще не решен?
Владислав Мусияка: Я знаю от испанского адвоката, что испанские власти рассекретили дело. Они рассекретили его буквально сегодня, соответственно, на следующей неделе будет понятно, какие материалы в деле есть, доказана ли вина, по мнению испанских властей, или нет. В любом случае, Мазо будет находиться в Вене на свободе, под залогом.
Газета «Коммерсантъ» 15 ноября написала, что Земельный суд Вены отказал Испании в выдаче Мазо. Это не так?
Владислав Мусияка: Этот вопрос до конца не решен. Его можно трактовать двояко. Но, в принципе, в Испанию он однозначно пока не выдается. У него есть два параллельных вопроса: вопрос политического убежища в Австрии и вопрос экстрадиции в Россию. Третий вопрос — это запрос выдачи в Испанию. Но по последнему запросу суд и оставил его под залогом в Вене. А вопрос выдачи или невыдачи, виновности или невиновности будет рассматриваться в суде Вены совершенно в другом, уже четвертом процессе. А мои австрийские коллеги, раз суд удовлетворил ходатайство о залоге, уверены в благополучном исходе. Они считают, что Австрия не выдаст его Испании. Вот такой их прогноз.
Издание РБК писало, что, по данным правоохранительных органов разных стран, у Мазо нашли большие деньги на зарубежных счетах — от 10 млн до 14 млн евро. Что-то можете по этому поводу пояснить?
Владислав Мусияка: Я точно знаю, что арестован счет со 180 тысячами евро и пока забрали машину ценой в 55 тысяч евро. Вот все, что арестовано в Испании. На другие счета, если они существуют, никакой арест не наложен, или мне об этом не известно.
РБК также сообщал про четыре дома Мазо [в Марбелье и Эстепоне], виллу в Марбелье, автомобиль стоимостью около 100 тысяч евро. То есть ничего из этого у вашего клиента нет?
Владислав Мусияка: Никаких четырех домов в помине не было. У них был небольшой домик на побережье, купленный 22 года назад, по-моему, и дом, в который он инвестировал деньги для его последующей продажи или сдачи в аренду. Вот вся его недвижимость, это совершенно точно.
Что сейчас делает ваш подзащитный в Австрии? Сообщалось, что он страдает онкологическим заболеванием.
Владислав Мусияка: Он уехал из России до второго уголовного дела, не зная о том, что оно будет возбуждено. А уехал он, да, на лечение в Вену, в онкоцентр. Там ему был поставлен диагноз и прописан курс лечения. Он его и проходил, когда узнал, что в РФ возбуждено второе уголовное дело. Что он делает? Наверное, живет, как обычный человек. Он снимает небольшую квартиру, отмечается в полиции и периодически лежит в больнице.

 

Источник ➝

Популярное в

))}
Loading...
наверх